Уолтер Бейтс
Натуралист на Амазонке



«Натуралист на реке Амазонке»: Государственное издательство географической литературы; Москва; 1958
Оригинал: Henry Walter Bates, “The Naturalist on the River Amazon”
Перевод: И. М. Шенброт

Аннотация

Одиннадцать лет провел в девственных лесах Амазонки Генри Бейтс, замечательный английский натуралист. Вернувшись в Англию, он в 1863 г. выпускает книгу «Натуралист на реке Амазонке», второе издание которой понадобилось уже через год, в 1864 г. Книга эта вошла в золотой фонд литературы о путешествиях и исследованиях. Наряду с обильным фактическим материалом и тонкими наблюдениями над животным миром автор дает множество ярких картин тропического леса, описывает жизнь многочисленных индейских племен, их быт и хозяйство, охоту за неизвестными животными и насекомыми, около 8000 новых видов которых он собрал во время плавания по Амазонке и притокам этой самой многоводной реки мира. Прошло более ста лет со времени возвращения Бейтса из путешествия по Амазонке, но книга, написанная им, до сих пор сохраняет интерес и научную ценность для самых широких кругов читателей.

Генри Бейтс
Натуралист на Амазонке

Глава I
ПАРА

Прибытие. — Общий вид местности. — Река Пара. — Первая прогулка в предместьях Пара. — Птицы, ящерицы и насекомые в предместьях. — Муравей-листонос, — Очерк климата, истории и современного состояния Пара

Двадцать шестого апреля 1848 года мы с м-ром Уоллесом сели в Ливерпуле на небольшое торговое судно и, преодолев за месяц расстояние от Ирландского моря до экватора, 26 мая остановились на рейде против Салинаса. Это лоцманская станция для судов, направляющихся в Пара, — единственный порт, который служит воротами в огромную область, орошаемую Амазонкой. Салинас деревушка, бывшая когда-то поселением иезуитов-миссионеров, — лежит в нескольких милях к востоку от реки Пара. Наше судно бросило здесь якорь в 6 милях от берега, так как мелководье, широким поясом окружающее устье великой реки, не позволяло безопасно подойти на более близкое расстояние; мы подняли сигнал о вызове лоцмана. Мой спутник и я, оба в предвкушении первого знакомства с красотами тропиков, с глубоким интересом рассматривали страну, где я провел впоследствии 11 лучших лет моей жизни. К востоку вид местности ничем не примечателен: легкая волнистость, голые песчаные холмы да разбросанные деревья; но к западу, в устье реки, мы разглядели в подзорную трубу, принадлежавшую капитану, длинную полосу леса, как будто встающего из воды, — плотный высокий массив, который затем распадался на отдельные группы деревьев, а под конец — и на отдельные деревья и исчезал вдали. Здесь проходила граница громадного девственного леса, хранящего в своих тайниках столько чудес и одевающего всю поверхность страны на протяжении 2 тыс. миль — отсюда и до подножия Андов.
В течение следующих суток мы шли под лёгким ветерком, отчасти подгоняемые приливом, вверх по реке Пара. Под вечер мы миновали Вижию и Коларис, два рыбачьих селения, и встретили много туземных челнов, которые казались игрушечными на фоне высокой стены темного леса. В воздухе было очень душно, небо покрылось тучами, а на горизонте почти беспрестанно вспыхивали зарницы — вполне уместное приветствие в преддверии страны, лежащей под самым экватором! Вечер был тихий: ветры в это время года не сильны; мы бесшумно скользили по воде, и это было приятно после той беспрестанной качки, к которой мы привыкли за последнее время в Атлантическом океане. Просторы реки поразили нас: хотя мы шли иногда на расстоянии 8-9 миль от восточного ее берега, увидеть противоположный берег нам