все прибрежные племена были гораздо более цивилизованы и более мягки в обращении, чем дикари, жившие во внутренних частях Бразилии. Селились они деревнями и занимались земледелием. Они плавали по рекам в больших челнах под названием уба, которые выдалбливали из громадных древесных стволов; в этих челнах они ходили в военные экспедиции, везя на носу трофеи и трещотки из сушеных тыкв, стук которых должен был наводить страх на врагов. Они отличались мягким нравом и приняли первых португальских поселенцев очень дружелюбно. Наоборот, дикари внутри страны вели, да и теперь ведут, кочевой образ жизни, изредка совершая набеги на плантации прибрежных племен, которые всегда питали к ним величайшую вражду.
Коренные индейские племена округи теперь либо цивилизовались, либо смешались с белыми и негритянскими иммигрантами. Отличительные названия племен давно позабыты, и вся раса теперь носит общее наименование тапуйо, — по-видимому, одно из названий древних тупинамба. Индейцев внутренних областей, пребывающих доныне в диком состоянии, бразильские индейцы называют жентиу (язычниками). Все полуцивилизованные тапуйо в деревнях, да и вообще жители глухих уголков, говорят на lingoa geral (общем языке), выработанном иезуитами-миссионерами из древнего наречия тупинамба. Язык гуарани, народа, живущего на берегах Парагвая, является диалектом тупинамба, и потому филологи называют его тупи-гуарани; печатные грамматики этого языка всегда имеются в продаже в книжных лавках Пара. То обстоятельство, что на одном языке говорят на столь обширном пространстве — от Амазонки до Парагвая, представляется совершенно необыкновенным для этой страны и указывает на значительные переселения индейских племен в прежние времена. В настоящее время языки, на которых говорят соседние племена по берегам рек внутри страны, совершенно различны; на Журуа даже отдельные группы, принадлежащие к одному и тому же племени, не в состоянии понять одна другую.
Цивилизованный тапуйо в Пара не отличается существенно — ни физическими, ни нравственными особенностями — от индейцев внутренних областей. Он более крепкого сложения, так как лучше питается; впрочем, в этом отношении существуют большие различия между отдельными племенами. Ему присущи все основные черты, свойственные американским краснокожим. Кожа его медно-бурого цвета, лицо широкое, волосы черные, толстые и прямые. Он обычно среднего роста, коренаст, у него широкий и мускулистый торс, красивые по форме, но несколько толстые ноги и руки, небольшие кисти и ступни. Скулы обыкновенно не выступающие; глаза черные и редко бывают раскосыми, как у татарских рас Восточной Азии, которые, как полагают, имеют общее происхождение с американскими краснокожими. Черты лица у них почти неподвижны, да и вообще раса отличается чрезвычайно апатичным и скрытным характером. Они никогда не высказываются, да, пожалуй, и не испытывают, сильных чувств — радости, гнева, изумления, страха и т. д. Они никогда не приходят в восторг; впрочем, им свойственны сильные привязанности, особенно к семье. Почти все белые и негры утверждают, что тапуйо неблагодарны. Бразильские хозяйки, имевшие дело с индейцами, всегда приведут чужестранцу длинный ряд примеров их черной неблагодарности. Индейцы должно быть, не помнят о сделанном им добре и не думают платить за него; но это объясняется, вероятно, тем, что об этом добре они не просили и что исходит оно от тех, кто претендует на роль хозяев. Мне известны примеры привязанности и верности некоторых индейцев своим хозяевам, но это исключительные случаи. Все действия индейцев показывают, что главное их желание состоит в том, чтобы